Давние знакомые и приятели, слушая песни, поражались: откуда у этого потомственного интеллигента, прослывшего эстетом и снобом, этот язык, все это новое мироощущение? В каких университетах изучал он диалекты и жаргоны улиц, задворок, шалманов, забегаловок, говоры канцелярий, лагерных пересылок, столичных и переферийных дешевых рестораций? Но и самые взыскательные мастера литературы говорили, что этот язык Галича – шершавая поросль, вызревающая чаще на асфальте, чем на земле, – в песнях обретает живую силу поэзии. Корней Иванович Чуковсий целый вечер слушал его, просил еще и еще, вопреки правилам строгого трезвенника сам поднес певцу коньяку, а в заключение подарил свою книгу, надписав: «Ты, Моцарт, – Бог, и сам того не знаешь!»

Лев Копелев («Памяти Александра Галича» – «Континент» #16)

x x x

*** ПОКОЛЕНИЕ ОБРЕЧЕННЫХ ***

** Я ВЫБИРАЮ СВОБОДУ **

СТАРАТЕЛЬСКИЙ ВАЛЬСОК

Мы давно называемся взрослыми И не платим мальчишеству дань И за кладом на сказочном острове Не стремимся мы в дальнюю даль Ни в пустыню, ни к полюсу холода, Ни на катере… к этакой матери. Но поскольку молчание – золото.То и мы, безусловно, старатели.Промолчи – попадешь в богачи!Промолчи, промолчи, промолчи!И не веря ни сердцу, ни разуму, Для надежности спрятав глаза, Сколько раз мы молчали по-разному, Но не против, конечно, а за! Где теперь крикуны и печальники? Отшумели и сгинули смолоду… А молчальники вышли в начальники.Потому что молчание – золото.Промолчи – попадешь в первачи!Промолчи, промолчи, промолчи!И теперь, когда стали мы первыми, Нас заела речей маята. Но под всеми словесными перлами Проступает пятном немота. Пусть другие кричат от отчаянья, От обиды, от боли, от голода! Мы-то знаем – доходней молчание,Потому что молчание – золото!Вот как просто попасть в богачи, Вот как просто попасть в первачи, Вот как просто попасть – в палачи:Промолчи, промолчи, промолчи!

ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАНС