Колокол Хиросимы! Восстаньте, исчезнувшие в огне. Пусть кровь заклокочет в аортах. Колокол бьет, и кажется мне — Вы восстаете из мертвых. Мнете траву на зеленых лугах, Не тени, а смертные люди. Вновь пламя разводите в очагах И поклоняетесь Будде. Висят, как игрушечные, сады. У садовников лет в запасе Не меньше, чем палочек для еды, Зовутся которые «хаси». Не ломом железным — гулкой строкой Бью в колокол воспоминаний. Воскреснув на улице городской, Влюбленные ждут свиданий. Стучат очарованные сердца, Как прежде,                   как прежде,                                     как прежде. И прозревают глаза у слепца, Отчаявшегося в надежде. Вижу: восстал из могильных пластов, Исполненный многообразья, Сонм человеческий всех возрастов, Исчезнувший в одночасье. Люди,          обличье у них не одно, — И лик торжествует над маской. Смотрит на девушку в кимоно Парень с набедренною повязкой. С губ его сходит молчанья печать И — вырывается слово. Стрелки часов заходили опять Велением вещего зова. Стою в кругу воскрешенного люда, Вверху — облака-пилигримы. «Люди, скажите, кто вы? Откуда?» «Мы люди из Хиросимы!» Плачу, но слезы не застят мне глаз, Сердце — открытая рана. «Кто вы?» И вдруг мне послышался глас: «Мы люди из Дагестана!» Страны, задумайтесь!