Белое солнце опускается в западное море.

Уходящий поток и струящийся свет

Летят, мчатся, никого не ждут.

x x x

Весенний лик бросает меня, уходит

Осенний волос уже стар, не тот.

Жизнь человека - не холодная сосна:

Лицо лет разве всегда то же?

x x x

Мне бы сесть на дракона в туче,

Впивать сияние, жить в ярком луче!

Станс XII

Сосна, кипарис природно сиры, прямы:

Трудно им быть с лицом персика, сливы. {1}

Светлый, светлый Янь Цзылин:

Свесил уду в серые волны.

x x x

Телом и гостьей-звездой накрыл:

Сердцем вместе с плывущею тучей свободен.

Долгий привет властителю тысяч коней:

Обратно уходит в горы Богатой Весны. {2}

x x x

Чистым духом брызнуло в шесть сторон... {3}

Далек человек: достать до него нельзя!

Принудил меня вечно в тоске вздыхать,

Мрачно гнездясь среди утесов-скал.

Станс LVIII

Я пришел к мелям Кодцуньих Гор,

Ищу древнее, всхожу на солнечную башню.

Небо пустынно, зеленые тучи исчезли,

Земля далеко, чистый ветер идет.

Фея-дева отсюда ушла давно,

Князь Сян - где же скажите он?

Безудержный блуд исчез в пучине времен,

Пастух, дровосек одни горевали в тоске.

Примечания

Станс I

1 "Великие Оды", Оды-Правды - по толкованию конфуцианской традиции третий отдел античной книги "Стихотворений" (Шицзин), содержащий в себе славословие царственным предкам династии Чжоу, при которой расцвела китайская культура, при которой жили Кон- фуций, Лао-цзы, Гуань-цзы и многие другие мыслители и государственные деятели старого Китая. Для Конфуция эти Оды-Правды были уже древним заветом.

2 "Я слишком ослабел, - сказал Конфуций в своих "Беседах и Суждениях" (VII, 5) - давно уже я не вижу больше во сне Чжоуского графа", который рисовался Конфуцию идеалом правителя людьми.