И буквы восходят мои на крови. Как на сковородке трепещется рыбка, Так жарится сердце мое на любви! Эй, люди! Монахи, купцы и девицы! Лбом припадаю отошедшему дню, И сердце не успевает биться, А пульс слился в одну трескотню. Но ведь сердце, набухшее болью, дороже, Пустого сердца продашь едва ль, И где сыскать таких прохожих, Которые золотом скупили б печаль?! И когда ночь сжимаете в постельке тело ближнее, Иль устаете счастье свое считать, Я выхожу  площадями рычать: - Продается сердце неудобное, лишнее! Эй! Кто хочет пудами тоску покупать?!

Январь 1916

ЭСТРАДНАЯ АРХИТЕКТОНИКА

Мы последние в нашей касте И жить нам недолгий срок. Мы коробейники счастья, Кустари задушевных строк! Скоро вытекут на смену оравы Не знающих сгустков в крови, Машинисты железной славы И ремесленники любви. И в жизни оставят место Свободным от машин и основ: Семь минут для ласки невесты, Три секунды в день для стихов. Со стальными, как рельсы, нервами (Не в хулу говорю, а в лесть) От 12 до полчаса первого Будут молиться и есть! Торопитесь же девушки, женщины, Влюбляйтесь в певцов чудес. Мы пока последние трещины, Что не залил в мире прогресс! Мы последние в нашей династии, Любите в оставшийся срок Нас - коробейников счастья,