Выгребную яму моей души. Я молюсь на червонную даму игорную, А иконы ношу на слом, И похабную надпись узорную Обращаю в священный псалом. Незастегнутый рот, как штанов прорешка, И когда со лба полночи пот звезды, Башка моя служит ночлежкой Всем паломникам в Иерусалим ерунды. И наутро им грозно я в ухо реву, Что завтра, мягчее, чем воск, И тащу продавать на Сухареву В рай билет, мои мышцы и мозг. Вот вы помните: меня вы там встретили, Так кричал, что ходуном верста: - Принимаю в починку любовь, добродетели, Штопаю браки и веру в Христа. И работу окончив обличительно тяжкую, После с людьми по душам бесед, Сам себе напоминаю бумажку я, Брошенную в клозет.

Июнь 1919

ИМАЖИНИСТИЧЕСКИЙ КАЛЕНДАРЬ

Ваше имя, как встарь, по волне пробираясь не валится    И ко мне добредает, в молве не тоня.    Ледяной этот холод, обжигающий хрупкие пальцы,    Сколько раз я, наивный, принимал за жаркую ласку огня! Вот веснеет влюбленность и в зрачках, как в витрине, Это звонкое солнце, как сердце скользнуло, дразнясь, И шумят в водостоках каких-то гостинных Капли сплетен, как шепот, мутнея и злясь.    Нежно взоры мы клоним и голову высим.    И все ближе проталины губ меж снегами зубов,    И порхнувшие бабочки лиловеющих писем,    Где на крыльях рисунок недовиденных снов... Встанет августом ссора. Сквозь стеклянные двери террасы Столько звезд, сколько мечт по душе, как по небу скользит,