ответ всех тех, кому достало сил, кто жизнь и смерть деревьев ощутил, зверей, и птиц, и звёзд, — тех, кто в темнице засовы тьмы подтачивает, тщится из опыта предвестие добыть, песок значений моя, чтоб намыть крупицы Духа, — тех, кто стал в итоге могучими и сильными, как боги, — кто, оглянувшись, увидал огни там эльфийских кузниц, скованных гранитом, и увидал на тайном ткацком стане из тьмы и света сотканные ткани. Тот звёзд не видит, кто не видит в них живого серебра, что в некий миг, цветам подобно, вспыхнуло в музыке, чьё эхо на вселенском древнем лике поднесь не смолкло. Не было б небес — лишь вакуум! — когда б мы жили без того шатра, куда вперяем взоры на шитые эльфийские узоры; негоже землю нам воспринимать иначе, чем благую Первомать. Сердца людей из лжи не до конца. Внимая Мудрость Мудрого Отца, сколь человек отложенным ни был днесь от Него, Его он не забыл и не вполне отпал и извратился. Быть может, благодати он лишился, но не утратил прав на царский трон — и потому хранит поныне он лохмотья прежней княжеской одежды как память о былом и знак надежды. В том царственность, чтобы владеть всем миром в твореньи и не почитать кумиром Великий Артефакт. И наконец, ведь человек, хоть малый, но творец! — Он призма, в коей белый свет разложен и многими оттенками умножен и коей сотни форм порождены, что жить у нас в мозгу насаждены. Хоть гоблинами с эльфами в миру мы населяем каждую дыру и хоть драконье семя сеем мы,