устам переберется грусть по сим светилам. На четверть — сумеречный хлад, на треть — упрямство, наполовину — циферблат, и весь — пространство, клянусь воздать Вам без затей (в размерах власти над сердцем) разностью частей — и суммой страсти! Простите ж, если что не так (без сцен, стенаний). Благословил меня коньяк на риск признаний. Вы все претензии — к нему. Нехватка хлеба, и я зажевываю тьму. Храни Вас небо. 1964

«Осенью из гнезда…»

Осенью из гнезда уводит на юг звезда певчих птиц поезда. С позабытым яйцом висит гнездо над крыльцом с искаженным лицом. И как мстительный дух, в котором весь гнев потух, на заборе петух кричит, пока не охрип. И дом, издавая скрип, стоит, как поганый гриб. 1964

Новые стансы к Августе

I Во вторник начался сентябрь. Дождь лил всю ночь. Все птицы улетели прочь. Лишь я так одинок и храбр, что даже не смотрел им вслед. Пустынный небосвод разрушен, дождь стягивает просвет. Мне юг не нужен. II Тут, захороненный живьем, я в сумерках брожу жнивьем. Сапог мой разрывает поле, бушует надо мной четверг, но срезанные стебли лезут вверх,