Представим вагон поезда Одесса — Москва, мчащийся сквозь январскую ночь 1914 года. Молодой Маяковский под стук колес записывает строки будущей поэмы «Облако в штанах»:

Имя Маяковского, весь его модернистский, железобетонный хрестоматийный образ как нельзя лучше подходил к облику нашего города в двадцатые годы прошлого столетия. Легенды и различные байки о Владимире Маяковском в Харькове живы настолько, как если бы поэт приезжал к нам на прошлой неделе.

В некоторых харьковских исторических справочниках можно встретить рассказы, которые даже собраны в отдельную главу: легенды нашего города. Чего там только не приписывают Владимиру Владимировичу. То ему, бедному, волею случая на голову падает мягкий знак из слова ХарЬкiв в названии гостиницы, и с тех пор якобы Харьков навсегда потерял свое мягкое прочтение в украиноязычном варианте, то вдруг из любви к нашему городу поэт начал писать на украинском языке. Эти книги переиздаются, обрастают деталями и, наверное, сам поэт, узнав о себе много нового, посмеялся бы над нашими фантазиями.

Но есть в биографии такие строки, которые пишет сама судьба, и ни одно слово, ни один знак мы не вправе изменить. Одна такая история из жизни Маяковского — это история любви. Предметом восхищения юного поэта стала прекрасная харьковчанка.