— Однако это дела давние. — Бородач сделал последний глоток и поставил пустую кружку на папки. — Когда я родился, мои родители работали на той самой лесопилке, которая раньше принадлежала нам. Ну и я стал там работать. Работа тяжелая, а дома еще ребенок — какая тут учеба!.. Пришло время, и началась реституция: все нам возвращают — и лес и фабрику. — Прохазка чуть оживился. — Нас у отца трое было, и он сказал: «С меня хватит. У меня взяли, вам вернули. Вот и работайте». Поделил все по справедливости, обижаться не могу. Но как только получил я свою долю, то словно черт меня изнутри стал дергать: «Вот теперь можешь учиться, вот теперь можешь ехать в Прагу!»

Даша поставила свою кружку рядом с кружкой начальника. Она все никак не могла понять, как этот рассказ связан с предстоящей ей детективной деятельностью. Прохазка продолжал:

— …И я уже собрался рассказать все братьям и отцу, да испугался: а вдруг на смех поднимут? Мол, на старости лет в певцы решил податься, за парту сядет. У нас в деревне люди серьезные, на первом месте работа, развлечения потом… А вдруг еще и не получится? Талант, скажут, не тот. — Прохазка покачал головой. — Вот тогда я и придумал с этим агентством.

Даша вздрогнула. Такого поворота она не ожидала. Заправив рыжую прядь за ухо, она заставила себя улыбнуться и вежливо спросила:

— Но почему именно детективное?

Бородач заулыбался:

— Так я же все просчитал! Нужен был бизнес, не требующий специальных знаний и крупных капиталовложений. С торговлей я бы за пару месяцев в трубу вылетел. Что еще? Ресторан? Гостиница? Дорого и громоздко. А вот с детективным агентством все шито-крыто, расходы только на секретаря.

— То есть никаких дел вы вести не собираетесь, — разочарованно протянула Даша.

— Честно говоря, нет. Ну если только кто-нибудь упросит найти сбежавшую дочь или пропавшую собаку. — Он рассмеялся.

Даше, напротив, было совсем не до смеха. Она так долго представляла себя детективом, что просто отказывалась верить происходящему.