
Спустя несколько часов печальная часть церемонии похорон наконец перешла в другую, тайно ожидаемую всеми присутствующими, — в поминки.
С первого этажа дома доносился шум поминального обеда. Соня сидела на подоконнике в своей комнате и смотрела в окно, как по двору кучками разбредались люди. Раздался скрип лестницы, в спальню поднялась Фейга. Уселась на кровать, широко разбросав ноги, с усмешкой уставилась на Соню. Она была слегка пьяна.
— А ты у нас хорошенькая! Пора подыскивать жениха.
— Подыскивай лучше себе, — огрызнулась Соня.
— В этом не будет проблем. Открою дом приемов, там всякой швали будет навалом.
— Какой дом приемов? — не поняла Соня.
Фейга подсела к сестре поближе, обняла за плечи, заговорила доверительным шепотом:
— Ты ведь догадываешься, чем занимался наш покойный отец и почему к нам так часто заглядывала полиция?
— Пани Евдокия должна подать в суд на офицера из полиции.
— И не подумает.
— Почему?
— Если суд начнет заниматься смертью нашего бедного папочки, мы с тобой останемся без порток.
Соня удивленно посмотрела на сестру.
— Я что-то не понимаю.
Та придвинулась еще плотнее к ней, крепче обняла за плечи.
— Полиция искала и не нашла. Знаешь почему? Потому что пани Евдокия хорошенько все перепрятала! — Сестра довольно рассмеялась, подмигнула малышке. — Так перепрятала, что даже бедный папочка не мог найти.
— А много там всего?
— Много, очень много. Хватит на всех! — Фейга отпустила сестру, откинулась на спинку кровати. — Куплю дом пани Елены, и будет там дом приемов.
