— В Шанхае и в Кантоне поговаривают, что Юньнаньская компания располагает большими средствами, чем когда-либо располагало наше нынешнее правительство, — сказал он медленно. — В Алатау будто бы нашли золото…

— Это мы его нашли, — самодовольно заметил Джоэ. — До нас ничего не могли найти, кроме отговорок.

— Но они не дают разрешение на разработку, — упрямо возразил Фэн Су. — Мертвый капитал…

— Вовсе не мертвый капитал: он приносит четыре с половиной процента дохода, — проворчал Джоэ.

Фэн Су улыбнулся:

— Четыре с половиной процента! Сто процентов можно заработать на этом! В Шаньси имеются угольные залежи, стоящие биллион долларов. Что я говорю? Миллион раз биллион! Но они ничего не могут предпринять. У них, в «мертвом городе», нет такого человека, который мог бы им приказать: «Сделайте это!» И они бы сделали. А если бы такой крепкий человек и нашелся, то нужна была бы армия. Тогда пригодились бы ваши капиталы. Да, крепкий человек.

Джоэ Брай боязливо оглянулся. Он ненавидел китайскую политику, а «тот» ненавидел ее еще сильнее.

— Фэн Су, — начал он смущенно, — длиннолицый американский консул вчера обедал здесь. Он был очень заинтересован вашим клубом «Радостных рук». Он говорит, что о нем ходят слухи по всей стране. Центральное правительство уже наводит справки. На прошлой неделе здесь был Хо Син и справлялся, когда вы намерены вернуться в Лондон.

Тонкие губы китайца сложились в усмешку.

— Слишком много шума из-за моего маленького клуба, — сказал он. — Мы преследуем лишь социальные цели и не занимаемся политикой. Мистер Брай, не полагаете ли вы, что было бы недурно использовать резервные фонды Юньнаньской компании на…

— Нет, не полагаю. — Джоэ покачал головой. — К ним я не притронусь, но что касается акций то…

— Они находятся у моего банкира в Шанхае, и будут возвращены, — сказал Фэн Су. — У меня одно желание — угодить моего другу. Я питаю к нему лишь уважение и почтение. «Желтая змея», — сказал он. Это, право, очень нелюбезно