– «Альфе»?

– Да. Потом и они меня донимали, интересовались, когда ты вернешься. Естественно, я сказал, что не знаю. Требовали новый номер твоего «сотовика». Я сказал, что это закрытая информация. Зная, что я твой сотрудник, со мной бывшие сослуживцы поделиться информацией не захотели, из чего я делаю вывод, что дело не в привлечении нас к какому-то определенному мероприятию, а персонально в твоей личности.

– Когда это было?

– Баранов начал искать вчера утром. Мои сослуживцы после обеда.

Басаргин взглянул на часы. Половина седьмого. Нормальные люди еще только просыпаются.

И тут же зазвонил «сотовик» у Тобако.

– Это Александра, – сказал Андрей, не глядя на определитель номера и протягивая трубку Александру.

– Это Баранов или твои сослуживцы, – предположил Басаргин и трубку взял. Он на определитель посмотрел. – Что я говорил…

– Слушаю вас, товарищ полковник, – ответил.

– С приездом, Шурик. Мне уже доложили, что ты благополучно приземлился.

– Спасибо, Сергей Иванович. Хотя не скажу, что меня откровенно радует всенародная популярность.

– Какая популярность? – не понял Баранов.

– Едва я ступаю на московский асфальт, меня узнают и капают на меня в ФСБ. И даже в такое раннее время. Разве это не популярность?

– На тебя запрос делали… Короче, ситуация такая. Меня просто за грудки берут, требуют немедленно тебя предоставить.

– Кто?

– И из «Альфы», и даже директор вчера позвонил. Уже ночью. Просил тебя с «Альфой» связать. Как будто и верить не захотел, что тебя в Москве нет и что с тобой связи нет.

– Что им надо? – Андрей не стал рассказывать, что по настоятельной, похожей на приказ, просьбе Костромина отключил свой телефон сразу по прилете во Францию. Вопросы конспирации комиссар воспринимал с трепетом и очень любил о них напоминать. И он словно в воду смотрел – оказывается, понадобился Басаргин кому-то…

– Они разве говорят, что им надо.