Запах нефти ворвался в душный салон самолета, как только откинулся пассажирский люк.

Стоя у самого выхода, Вадим смотрел, как приближается площадка трапа. Еще свистели турбины, и бортпроводница просила всех оставаться на местах, но он все же первым сбежал по шатким ступеням, оглядываясь на ходу.

В черноте протянулись цепочки огней. Над далеким зданием аэропорта светились латинские буквы. Рядом с заправщиком стояла черная «волга» с погашенными фарами, и трое в темных плащах уже шли от нее к самолету.

Если бы все они были при галстуках, можно было бы подумать, что самолет приземлился в советской социалистической республике. Черная «волга», три стандартные фигуры… Но галстук виднелся только у одного, и он шагал впереди. Остальные двое носили традиционные пушистые шарфы, которые имели свойство выбиваться наружу, демонстрируя этикетку. Они остановились чуть в стороне, сунув руки в карманы.

— Вы из Питера? — спросил Вадима тот, кто был постарше и в галстуке, и коснулся шляпы, то ли приветствуя, то ли придерживая на ветру.

— Из Питера.

— От Германа Ивановича? С клиентом?

— Так точно, — сказал Вадим.

— Я вас встречаю. Будем знакомы, Азимов Руслан Назарович, вице-президент.

— Ну, меня можете звать просто Митей, — сказал Вадим, пожимая холодную вялую ладонь. — Однако я не думал, что нас будут встречать на таком высоком уровне. Почему так много народа? Договаривались, что будет только водитель. Руслан Назарович, как же мы разместим народ?

— Да очень просто. Клиента грузим в «газон» с охраной, а мы с вами как белые люди поедем на «ауди». Вас не затруднит дойти до стоянки пешком? Прогуляемся, разомнем ноги после полета. Посмотрите, какой мы аэропорт отгрохали. Европейский уровень, честное слово.

— Я бы с удовольствием, — сказал Вадим. — Но только вот в чем проблема. Я обещал Герману Ивановичу, что пока клиента ему не сдам, буду с ним все время рядом.