— Шон! Лейтенант Вильсон! Что на палубе яхты, сержант?

— Один араб в рубке, другой на корме.

— Снять их сможешь?

— Только одного! Того, что в рубке или на корме. Подельник, думаю, успеет среагировать на первый выстрел и укрыться, благо борта яхты высокие и на корме корпус спуска в салон.

Подумав, лейтенант сказал:

— Я выхожу к судну. Тот, кто подойдет ко мне, — мой, другой — твой! Все, работаем!

Лейтенант повернулся к капитану:

— Придется идти, командир!

— Давай! Отработаете охрану, подойду я с зарядом взрывчатки.

— Ясно! Пошел!

— Удачи, Арни!

Вильсон вышел из джипа, пошел по набережной, сложив руки за спиной, держа в ладони пистолет с глушителем. Шел он медленно, внимательно разглядывая стоящие возле причала судна. Каких только яхт здесь не было. От миниатюрных, пригодных для прогулок по заливу вдоль берега, до огромных, способных преодолевать океан. К последним относилось и белоснежное судно Селима Аль-Карира. Яхта, носившая очевидно восточное женское имя «Сима», стояла у пятого причала, опустив трап с правого борта на деревянный помост. Лейтенант остановился напротив судна. Секунду промедлив, вошел на причал, подошел к трапу. Тут же из рубки вышел молодой пуштун, встал на верхней площадке трапа, спросил на неплохом английском:

— Вы что-то хотели, сэр? Должен предупредить, пирс арендован хозяином судна и на данный момент представляет собой территорию частной собственности.

Вильсон кивнул, услышав в динамике, закрепленном за правой ушной раковиной: «Анри, боевик на корме под прицелом!»

— Конечно, я понимаю, но хотел бы задать один вопрос, кому принадлежит эта красавица? Раньше я ее здесь не видел.

С яхты донеслось:

— Искандер! Что у тебя там?

Моджахед ответил человеку с кормы:

— Все нормально, Тукур, все в порядке! — И повернулся к лейтенанту: — Извините, господин незнакомец, но на ваш вопрос я ответить не могу. Тайна.