– Дон, я...

– И потом, у тебя в контракте сказано, что я санкционирую любую твою работу на стороне...

– Дон, не собираешься же ты...

– Я на это смотрел сквозь пальцы, – оборвал Дентон Эдди, – и вот к чему мы пришли. Ты стал работать вполсилы, сберегая себя для других целей.

– Дон, послушай...

– Думаю, тебе лучше отказаться от всех приработков, чтобы оставаться в форме. Вот, собственно, и все, Эдди. Увидимся на репетиции в пятницу утром. – И Дентон отвернулся к зеркалу, расстегивая рубашку.

Эдди стоял пепельно-бледный.

– Послушай, Дон, не хочешь же ты... Дентон молчал.

– Дон, ты ведь правда не имел в виду...

– Я уже все сказал, – ответил Дентон.

– Дон, послушай, так что же Бостон?

– А что Бостон?

– У меня там назначено выступление на уик-энд, я...

– Нет.

– Дон, ради Бога...

– Ты будешь репетировать весь уик-энд тут. У тебя нет времени ездить в Бостон.

– Дон, уже все подписано.

– И что?

Эдди судорожно шарил левой рукой по пуговицам рубашки, как по клапанам кларнета. В глазах его читалось отчаяние.

– Не надо, Дон, – взмолился он. – Бога ради, не надо.

– Ты сам виноват.

– Ах ты, дрянь, это ты во всем виноват! Все потому, что не можешь добиться хорошей записи смеха...

– Прекрати.

Дентон поднялся и глядел на него, пока Эдди не заморгал и не отвел взгляд.

– Эдди, не забывай о контракте. Он подписан на четыре с половиной года. Я всегда могу убрать тебя из шоу, снизить зарплату или вообще расторгнуть договор. А без меня ты не заработаешь ни гроша, и не забывай об этом. Не то пойдешь в судомойки.

Эдди покорно шагнул к двери, сдаваясь.

– Не надо так, Дон, – пробормотал он. – Не заходи так далеко.

«X плюс У, – заявил с телеэкрана голос с сильным акцентом, – это что-то непроизносимое!»