– Сколько, Морри?

Морри скорчил мину оскорбленной невинности:

– Дон, ты же не думаешь, что...

– Морри, сколько они тебе дали?

Оскорбленная невинность исчезла, и Морри пробормотал:

– Пять.

– Ладно. Вычтем из твоей зарплаты.

– Дон, клянусь Богом, у них были хорошие отзывы. Могу тебе показать клипы.

– Еще пять сотен к твоему долгу.

– Я об этом и думал. – Морри утирал левой рукой лоб, а правой вцепился в рукав Дентона. – Я только пытался поднабрать денег, – заговорил он торопливо, – чтобы начать расплачиваться. Ты ведь хочешь получить назад деньги, так?

– Ты рассчитываешь откупиться от меня? Подожди, Морри, еще не время. Ты мне нужен рядом.

– Слушай, с чего ты взял, что я хочу свалить? Дон, я...

– И ты, – сказал Дентон, – конечно, даже в мыслях не имел пристроиться к этой девке Лайл. Опять оскорбленная невинность.

– Кто тебе говорит такие глупости, Дон? Я не...

– Хватит, – прервал его Дентон, – как только ты от меня уходишь, долговая расписка вступает в силу. Так что Лизу Лайл можешь просто забыть.

Аплодисменты. Надо было возвращаться на сцену и поздравить Дэна и Энн перед камерой. Дентон ткнул пальцем в сторону раскланивающейся танцевальной пары.

– Уберите их отсюда, – распорядился он. – На финальном поклоне они не нужны.

Он направился к сцене, даже не оглянувшись на Морри, и, остановившись перед нужной камерой, начал:

– А напоследок...

«А напоследок, – произнес его экранный двойник, – у нас в гостях замечательная новая певица – как вы знаете, ее сольная программа будет представлена в марте – Лиза Лайл!»

Дентон смотрел на свое изображение, хлопающее и радостное, и шептал:

– Она хочет Морри. А Морри хочет ее.

Морри? Так это Морри стрелял в него?

Кто же это был?

Пространство между ним и телевизором стало заволакивать туманом. Он заморгал изо всех сил, боясь, что это уже смерть.