Тем временем низкорослый сморчок с торчащими патлами, которого Андрей Семенович лишь сейчас разглядел у плеча незнакомки, защебетал на иностранном языке. Она в ответ улыбнулась (честное слово, настоящая милостивая царица) и тоже заговорила не по-русски.

У Андрея Семеновича оборвалось сердце. Такого облома он не ожидал. Иностранка! В лице красавицы действительно было что-то не наше. То ли южное, то ли восточное. Жгучей черноты волосы, брови и ресницы в сочетании с белоснежной кожей должны были насторожить сразу. Испанка? Еврейка? Без разницы. Он знает пару фраз по-английски, и это все. Ну, не даются ему языки, хоть ты тресни! Вообще школьные премудрости не для него. У него свой талант — бизнес. Тут Андрея Семеновича на кривой козе не объедешь, а охмурять женщину, не понимающую твоих слов — задача не для него. Конечно, он не последний урод, но надеяться, что его внешний вид поразит с первого взгляда, практический ум не позволял.

Однако через минуту ситуация выправилась. К странной паре подскочил хозяин офиса, Анатолий Андреевич, и поинтересовался:

— Как, французы всем довольны? Спросите у него, Тамарочка.

Андрей Семенович обомлел. Вот это имя! Царица Тамара — была такая, кажется?

— Они хотели бы получить данные о ночлежных домах Петербурга, — по-русски (какое счастье, по-русски!) сообщила Тамара.

— О ночлежных домах? Я спрашивал про это… — Анатолий Андреевич кивнул в сторону стола. — Наши сметают жратву так быстро, что французы, небось, не поспевают.

Иностранец что-то залопотал.

— Господин Дени полагает, что в условиях сурового климата Петербурга ночлежных домов на тысячу жителей необходимо вдвое больше, чем в Париже, — перевела Тамара.