Далеко впереди замигали красные огоньки, и Лофмен крикнул:

— Я поеду по другой дороге!

— Не рассусоливай! Действуй! — прикрикнул Паркер.

Они обдумали заранее три пути отступления в зависимости от обстоятельств. Дорогой позади не воспользовались, дорога впереди была уже, похоже, перекрыта. Чтобы попасть на третью, нужно было добраться до правого края зеленого забора, объехать почти весь парк с аттракционами и свернуть в районе сдаваемых в аренду многоквартирных домов и свободных участков; там они наметили три места, где можно оставить “форд”.

У них еще было много времени. Края забора уже достигли, а красные огоньки мелькали в полутора километрах, если не дальше. Но Лофмен все жал и жал на газ. Грофилд крикнул:

— Лофмен, притормози, иначе не повернешь!

— Не учи ученого! — взвизгнул Лофмен и резко крутанул руль, не снижая скорости.

Боковая дорога понеслась мимо под углом, автомобиль дернулся, ударившись левым боком о тротуар, четырежды перевернулся и завалился на правый бок к цепной ограде занесенного снегом парка.

Паркера перебросило через заднее сиденье, но не выбросило наружу. Когда “форд” наконец замер, он с трудом обернулся и взглянул на передние сиденья. Лофмен и Грофилд ударились о правую дверцу, причем Грофилд выбил головой ветровое стекло, от чего получил кровоподтек на виске, а Лофмен внешне не пострадал. Оба дышали, но были без сознания.

Паркер поднялся и приоткрыл дверцу над головой. Она было захлопнулась снова, но ему удалось наконец распахнуть ее настежь. Затем он выпихнул сумку и сам последовал за ней.

Все вокруг было в грязи. Воющая сирена слышалась ближе. Не было видно никакой машины, куда можно пересесть. Паркер стоял в снегу около “форда”, колеса которого вращались так же, как и у того бронированного автомобиля.