Потом она встретила Али Бека через три месяца на вспомогательной базе в лесном массиве Черногорье. Почему вспомогательной? У каждого полевого командира есть центральный схрон и вспомогательные, на случай провалов. А вот на центральной базе она не была, но слышала от отца, что Али Бек на этом месте имеет столько вооружения, что может им снабдить целую дивизию. Кроме этого, она сказала, что сам бандит заимел хорошую руку среди некоторых наших военных в Чечне и те попросту пригрели его у себя.

— Кто это, известно?

— Нет, но известно, что Али Бек с помощью их организовал несколько подпольных телестудий, радиостанций и станцию радио перехвата и все это хозяйство настроено на спутники, что весьма затрудняет их поиски, а также на теле башню на границе Грузии, которая вещает сюда всякую дрянь.

Я киваю головой.

— Знаю.

— Год назад, мы запеленговали радио станцию в Чечне и каково было наше изумление, когда выяснили, что к радио башне в центре городка подходил обыкновенный телеграфный провод со столба, правда, на выходе он имел усилитель и еще пару плат, но найти сам передатчик не смогли. Тысячи телеграфных проводов тянутся по республике и в какой дыре сидит бандит не понятно.

— Как же так? Но там же по телеграфу кто то чего то передает? Это же дикие помехи.

— Отстаешь, капитан, на жиле каждого провода есть 16 каналов. Занимай любой и никакому телеграфу или телефону не помеха.

— Хорошо, но для выбора этого канала нужна сложная аппаратура.

— Вот в этом я с тобой согласен. Когда на твою волну врывался голос, знаешь от куда он был?

— Нет.

— Он был с башни в Грузии. Значит, тебя ловили здесь, потом гнали информацию в Грузию, то есть говорили от сюда на спутник, с нее шли данные на телебашню, а от туда к тебе. Поэтому, мы засекли только грузинскую сторону. Сделано это, чтобы запутать всех.

— Так может в Грузии спрятана станция слежения?