— Какие цели намечены?

— Дом правительства, это точно. Сейчас изучаются подходы к казармам питерского СОБРа и нового, построенного театра.

— А этот то зачем?

— Там, в праздники, намечается собрание чеченского актива партии «Возрождение».

— Откуда эта информация?

— От моего родственника, он связник у Саламбекова. Поэтому я тебя и вызывал.

— Уточни число…

— Не могу. Знаю, что в Октябре, а когда… не знаю.

— Где Саламбек сейчас может прятаться?

— Тоже не знаю.

— Сколько у него в отряде людей?

— Родственник сказал, одиннадцать человек.

— Это все?

— Можно считать, все.

— Отец просил передать тебе…

Я вытаскиваю из-за пазухи толстый пакет. Это деньги. Отцом — мы называем моего начальника, который явно не скупится на такие связи.

— Спасибо.

— В следующий раз связывайся также по мобильному телефону, только скажи ничего не значащую фразу: «Александр, это ты? Слушай, дорогой, купи мне ковер, нет, не дорогой…», — и тут ты назовешь цену, равную числу встречи этого месяца. Например, — за 1300 рублей. Значит 13 числа в это же врем, я жду тебя здесь. Понял, не забыл, что должен сказать?

— Александр, это ты? Слушай дорогой, купи мне ковер, нет, не дорогой за два с половиной куска…

— Можно и так. В селе собаки, как ты без шума проходишь?

— Собаки сейчас по своим щелям забились. В дождь никто не хочет вылезать, да и они меня знают.

— Я тогда ухожу. До встречи, Арсан.

Мы крепко пожимаем друг другу руки. Выходим на тропинку и мой связник прошел к поселку. Я тихонько свистнул. Ожил мох вдоль тропинки и ко мне осторожно выползли два разведчика. Один, сержант Григорьев, умница, только малость лицо покарябано угревыми всплесками, другой, еще молодой, рядовой Крупица, но здоровый, как черт, двух пудовку пятьдесят раз выжимает. Я сигналю рукой и мы сходим с тропинки в лес.