Одет мужчина был в льняной мягкий костюм.

Позади него, несколько смущенно и неуверенно, шла молодая блондинка.

Патрушев вдруг изменился в лице. Он напряженно вглядывался в лицо блондинки, и лицо его становилось все бледнее. Он повернулся и спросил у Филимонова дрожащим голосом:

— Т-ты… Ты знал об этом?

Филимонов ничего не ответил.

— Ты знал и молчал?

— Я узнал об этом только вчера, — наконец хмуро ответил Дмитрий.

Лариса и ее подруга не поняли, о чем идет речь, но почувствовали, что произошло что-то неприятное для Патрушева.

Общение между двумя мужчинами и двумя женщинами как-то само по себе расстроилось, к тому же все присутствовавшие в зале повернулись в сторону вошедших, А холеный шатен, заметив некоторую неуверенность своей спутницы, обернулся и манерно предложил ей руку, чтобы она могла на нее опереться.

Продев под нее свою тонкую кисть, она положила ее на локоть мужчины.

Собравшиеся в зале люди, увидев приближающуюся пару, зааплодировали. Римма Вячеславовна даже вышла навстречу им. Все мужчины также спешили засвидетельствовать свое почтение. Все улыбались, и было непонятно — естественные это улыбки или натянутые. Возможно, причиной тому был полумрак, царивший в зале.

— Здравствуйте, Кирилл Владимирович.

— Добрый вечер, Кирилл Владимирович, очень рады вас видеть.

— Как хорошо, что вы сегодня пришли к нам!

Лариса уже поняла, что прибывший не кто иной, как ожидаемый всеми Аткарский. А он, осыпаемый потоками приветствий, снисходительно молча кивал в ответ.

— Здравствуйте, — наконец сказал он хорошо поставленным голосом.

— А кто сегодня ваша муза? — спросил Денис.

— Рекомендую — Анна Давыдова, занимается дизайном, — представил он свою даму.

— Шарман! Трэ шарман! — неожиданно по-французски отреагировала Римма Вячеславовна, в умилении сложив руки около груди.