Так закричал, будто «банк сорвал» (так на местном языке обозначался выигрыш джек-пота).

Но нет, автомат всеми цветами радуги не переливается и сирена под потолком не поет (именно так – Вася в рекламе видел – «Единая призовая система» приветствует крупный выигрыш).

– Много? – завистливо покосился Вася.

– Тыща рублей, – просиял поклонник автора песни про алюминиевые огурцы и брезентовое поле.

– Ну чё. Ну ничё, – кивнул Рогов.

– Сейчас в чебуречную, значит, на Литейном, там у меня приятель живет, его угощу, потом в разливуху на Рубинштейна, потом можно до бара «Дача» дойти, потом в «Луну» на Желябова…

Счастливчик, умело сочетавший разные пороки, бодро перечислял названия дешевых питейных заведений. Вечер у него явно удался.

– А мне не прет сегодня, – вздохнул Василий.

– Значит, не твой день, друг, – счастливчик улыбнулся во всю диафрагму.

– В расчетах просто ошибся, – почесал в затылке Василий.

Как многие начинающие игроки, он верил в такие фикции, как «система» и «теория вероятности».

Он как рассуждал: если выпал «банан», то в следующий раз вероятность выпадения «банана» ниже.

Не нашлось рядом математика, который объяснил бы, что всякий новый раз вероятность выпадения банана ровно такая же, что и в прошлый. И что теория вероятности неотделима от теории больших чисел. Эти теории работают только вместе. «Мы с Тамарой ходим парой, санитары мы с Тамарой». За миллион попыток банан и вишенка и впрямь выпадают примерно одинаковое количество процентов, да и то – с поправкой на изрядный плюс-минус. А на протяжении даже пятидесяти-ста попыток вероятность бана на всякий раз одинакова. Он, не нарушая никаких теорий, легко может выпасть хоть пятнадцать раз кряду…

– Да какие расчеты! Чистое везение! – воскликнул парень в майке, хлопая Рогова по плечу. И был совершенно прав. – Сегодня я, завтра ты!