Второе – самому Пупкину подписываться нельзя. Да, обгадить ближнего своего – святое дело! Но только как-нибудь тайком, не открывая своего лица. Это политика в демократической России...

Значит, необходима полная конфиденциальность.

Все это – имя, профессионализм и конфиденциальность – мог предоставить желающим красногорский журналист Василий Арсеньевич Скопцов.

Разумеется, не бескорыстно. Далеко не бескорыстно. Но только выполняемая им работа того стоит...

Его любили и ненавидели, хвалили и яростно ругали одновременно. Даже бить пытались! Но в то же время – читали! Читали взахлеб, запоем и с нетерпением ожидали новых материалов, ехидных, хлестко-насмешливых и предельно беспощадных.

Так вот, заручившись за некоторую сумму поддержкой известного журналиста, господин Пупкин делал заказ на "политическое убийство" конкурента и в том самом вожделенном избирательном списке перемещался на следующую, проходную позицию.

...Сидящий сейчас на кухне холостяцкой квартиры Скопцова господин носил фамилию... Впрочем, какая разница! Пусть будет просто Непупкин!

И представлял он не ту вымышленную партию, о которой шла речь выше, а другую, очень известную. Не самую главную, но тоже очень даже ничего... Они еще Президента поддерживают.

Хотя это тоже неважно. К Василию его привела жажда власти и стремление избавиться от того, кто, по его мнению, стоит у него на пути к ее вершинам.

– Ну, так что, Василий Арсеньевич?.. – Непупкин искоса, украдкой глянул на ручные часы. – Ваш ответ?..

Василий не спеша снял с подставки закипевший, пышущий паром чайник, сыпанул в большую кружку две чайные ложки растворимого "Нескафе Голд", щедро добавил сахар...

С удовольствием отхлебнув первый глоток огненно горячего, одновременно и сладкого, и вяжущего горечью язык душистого напитка, отставил кружку в сторону и потянулся за лежащими на столе сигаретами.