Он поцеловал ее - всего только раз, потому что они были не одни. Через плечо Ма Ли он видел лица женщин: те глядели на влюбленных с восторгом и нежностью, смягчавшими их грубые черты.

- Где ты был, Римо? - нежно спросила Ма Ли.

- Секрет.

- Неужели ты мне не скажешь? - надула губки Ма Ли.

- Только после свадьбы.

- Но свадьбы еще так долго ждать...

- Я хочу поговорить на этот счет с Чиуном. Не понимаю, почему мы не можем пожениться сейчас. Прямо сегодня.

- Раз Мастер Синанджу установил срок помолвки, значит, мы должны его слушаться.

- Да, но девять месяцев!

- Мастеру Синанджу лучше знать. Он хочет, чтобы ты получше узнал наши обычаи. Ведь это не так уж и трудно.

- Для меня трудно. Я люблю тебя, Ма Ли.

- Я тоже тебя люблю, Римо.

- Подумать только - девять месяцев! Иногда мне кажется, что он просто выпендривается.

- Что значит - выпендривается? - Ма Ли уже неплохо знала английский и вполне могла объясняться с Римо, но так и не научилась понимать сленг.

- Неважно. Ты видела Чиуна?

- Да, совсем недавно. Он выглядел расстроенным.

- Боюсь, это из-за меня. Опять я его огорчил. Лицо Ма Ли посуровело: Мастер Синанджу был для нее все равно что Бог.

- Как ты мог!

- Боюсь, ему будет трудно привыкнуть к тому, что мы с тобой поженимся.

- Жители деревни никогда не спорят с Мастером. Это не принято.

- Мы с Чиуном спорим все время, пока мы вместе. Вечно спорили, разъезжая по Америке, спорили в Европе, в Пекине. Места, где мы побывали, ассоциируются у меня не с людьми, которых мы там встречали, и не с видами местности, а с нашими спорами. Взять хотя бы наш спор из-за того, стоит ли мне отращивать ногти. Кажется, это было в Балтиморе.

- Странно, но, кажется, в Америке принято выражать любовь в спорах. Ты бы хотел, чтобы я после свадьбы спорила с тобой в знак моей любви?