В среду 21-го днем видел демонстрацию у Прокуратуры: "Тельман, мы с тобой!", "Коллегию Прокуратуры - к ответу!" ит.п. Да, непоборимо людское суеверие, они до конца готовы защищать этого жулика и демагога, ничего их не переубедит. Прочел вот очередную болтовню Ельцина - шут, а "рейтинг" его не снижается. А Евтух?.. У нас это ещеусиливается политич[еским] бескультурьем.

25/II. Сегодня ожидаются митинги, принимаются меры: ЧК на стреме, на Лубянке сделали внутр[енние] решетки в подъездах, в больницах подготовлены группы врачей для лечения возможных огнестрельных ран, в воскресенье все вузы заперты, в общежитиях - дежурства, в райкомах собирали секретарей, предупреждали. Полагают, что обострение выгодно только власти для завинчивания гаек. Но завинтить-то нельзя ржавые болты...

В "Известиях" 22-го дали два м[атериа]ла о митинге в Останкино и собраниях в Л[енингра]де. И там, и там "наши". Тяжело читать: Викулов146 объявляет "М[олодую] Г[вардию]" лучшим изданием, Катя Маркова147 читает антиеврейские стихи, почитают вставанием память Государя...148 Все это переборы, ведь в политич[еском] смысле и Государь - дразнился, ведь за ним не только Ходынка, 9 января и Распутин, но главное - полная пагубность политич[еской] линии, боязнь необходимых перемен, а это наследство сейчас прямо-таки убийственно. Призывы эти большинства не соберут - при пустых прилавках и жажде капитализма. Кроме того, опасны призывы к бунту с любых сторон. К сожалению, это близко от меня: там и там числится наш Фонд, хотя я не появлялся. Это опасно, ибо люди видят, что я "наших" не одобряю. На этом у нас портятся отнош[ения] с Петром, к[оторы]й все более звереет. Надо уходить, это становится уже не только тяжело, но и опасно. С таким трудом я выбрался из репутации "нациста", и вот... ни за что, ни про что.