Добрый мой знакомый председатель местного Совета Семен Григорьевич был как раз той, ужасно необходимой мне личностью. Он только два часа назад вернулся из Екатериновки и приводил в нормальный вид своего трехколесного приятеля. Я поставил своего Мишку рядышком и стал усиленно скрести у него за колесами и за люлькой. В процессе мою- и самоочистки мы с Григоричем всуе поминали бога и всех его заместителей. А вечером, когда определенные условия нас умиротворили, повели доброжелательные мирские разговоры. Семен Григорьевич, в частности, коснулся дорог. Не помню его рассуждений обстоятельно, но существо их сводилось к следующему.

- Верно, нет почти в наших краях поднятых дорог. Почему нет? Очень просто Не нужны были, вот их и нет. Почему не нужны? Опять же очень просто. Не знаю, как во всей степи, а у нас, я говорю о Хабарах, хлеб и сеют-то всего лет сорок с немногим.

А раньше люди только скот водили. Овечкам и коровкам травка нужна, не дороги. Рздили тоже - на лошадях. Лошадка везде пройдет. Без дорог даже лучше. С поднятого полотна зимой снег сдует, на санях какая езда. А теперь на лошадях много не обеспечишь, их, может, скоро и вовсе не останется. Машины все больше.

И дороги - тоже вопрос. Я думаю, что за эту пятилетку все важные дороги у нас поднимут.

- За пятилетку?

- А чего?..

- Мечтатель вы, Семен Григорьевич Ситник.

- Степняк я, а не мечтатель. В степи ничего наполовину не делается. Если снег, так уж буран, если дождь, так ливень, если рыба, так мешок, если хлеб, так урожай. И характер у наших людей степной. Нет - так нет, а если да - так полной мерой. Нужны нам стали дороги - сделаем. Самые нужные - за пятилетку. Это я вам правильно говорю.

Тому разговору - восемь лет. А за пятилетие только в Хабарском районе подняли более четырехсот километров дорожного полотна. Часть - твердо покрыли. Если учесть, что в здешние места гравий доставляется по железной дороге за сотни километров и ценится на вес золота, можно понять то удовлетворенное ехидство, с которым Семен Григорьевич напомнил о моем неверии.