Все рассмеялись.

- Сбор денег проходит в конце службы, - произнес мистер Вильямс, улыбаясь.

- Лучшим вкладом будет доброжелательная статья, - сказал тучный председатель. - Вы бывали у нас прежде?

- Нет, - ответил Мелоун.

- Выходит, практически ничего о нас не знаете?

- Можно сказать так.

- Значит, зададите нам перцу. Все видят сначала комическую сторону. Думаю, и вы состряпаете что-нибудь презабавное. Я, правда, не понимаю, что такого смешного в общении, скажем, с духом покойной жены, но это уж вопрос вкуса и знаний. Если предмет тебе неизвестен, то о какой серьезности может идти речь? Я не виню этих людей. Мы сами когда-то были такими. Я, например, работал у Бредлоу, и моим непосредственным руководителем был Джозеф Маккейб, и так продолжалось до тех пор, пока мой покойный старик отец не вытащил меня оттуда.

- И правильно сделал, - отозвалась ясновидица из Ливерпуля.

- Тогда я впервые почувствовал свои силы. Видел отца, как вас сейчас.

- Он был во плоти?

- Точно ничего сказать не могу. Но когда работает сильный медиум, результаты бывают очень впечатляющими.

- Пора! - объявил мистер Пибл, захлопывая крышку часов. - Вы сядете на правый стул, миссис Деббс. Проходите, пожалуйста, первой. За ней вы, господин председатель. Потом вы двое и я. Вы, мистер Вильямс, сядете слева и будете запевать. Зал надо подогреть, а вы это умеете. Итак, прошу!

Помост был тоже переполнен, но им удалось пробиться вперед под приветственный дружелюбный рокот. Мистер Пибл протиснулся вбок, кому-то что-то шепнул, и для Энид с Мелоуном нашлись два стула у стены. Укромный уголок вполне устраивал молодых людей: здесь они могли незаметно для окружающих делать записи.

- Что ты думаешь обо всем этом? - прошептала Энид.