Чувство угнетенности все больше охватывало Джексона, и он понимал, что было тому причиной. Ему очень понравилась та блондинка, которую он увидел сегодня в первый раз. Сейчас как раз их первая брачная ночь, а она лежит при смерти, а может быть, уже и умерла. За ним же охотится вся полиция Чикаго.

Когда он допил вторую порцию виски, к нему приблизилась какая-то молоденькая проститутка.

— Чувствуешь себя одиноким, малыш? — прощебетала она.

Джексон кивнул: да, он чувствовал себя одиноким. Девушка подошла еще ближе.

— Странное совпадение. Я тоже себя чувствую одинокой.

Она посмотрела на сдачу, которую он получал с десятки, и провела язычком по губам.

— Я знаю отличное лекарство от одиночества. Через полчаса я заканчиваю работу и, честное слово, в постели я хороша.

Ему было противно слушать такие слова от этой милой намалеванной девушки, но тем не менее он сказал «да». Ведь он просидел в тюрьме семь лет, а за какие-то двадцать долларов эта девушка может доставить ему удовлетворение. Чтобы прочесать все отели, полиции понадобится несколько дней, а малышка приютит его до тех пор, пока у него будут деньги. Они могли бы хорошо позабавиться, если он не забыл, как это делается…

Опять послышались скудные аплодисменты, Джексон бегло взглянул на блондинку, стоящую на сцене в соблазнительной позе. Она была почти полностью обнажена, если не считать крошечных трусиков. На ее миловидном личике играла смущенная улыбка.

Девушка прижалась к нему, словно котенок.

— Ну, малыш, ты не передумал?