Я подошел ко второму пуфику и плюхнулся на него.

– Что мне делать? – спросил я. – Что мне делать? Я знаю, что я должен был что-то сделать. Возможно, все дело в женщинах, которых я...

– Шелл!

Зазу шла ко мне по золотисто-желтому ковру.

– Всех тех женщин, которых я...

– Шелл, расскажите мне что-нибудь.

– Разве вам не хочется послушать об этом? Вам понравится.

– Шелл, вы действительно намерены и дальше заниматься этим делом? Действительно?

– Я уже сказал, не так ли?

– Ох, до чего же я рада! – она сияла, – именно этого я и хотела.

– Именно этого я и хотела, – передразнил я ее. – Я хотела. Чего именно?

– Шелл, я счастлива.

– Замечательно. Давайте поедем куда-нибудь отметить это дело. Я отвезу вас в Трокадеро. Я могу сделать все, что угодно. Или же мы отправимся прямиком в "Ховен"? Я смогу договориться... Нет, кое-что я не сумею сделать. Но все в разумных пределах...

– Шелл, вы просто чудо! – сказала она и, быстро наклонившись, поцеловала меня в губы. Это не был поцелуй маленькой девочки. Правда, она сама мне сказала, что начала развиваться с двенадцати лет.

– До свидания, – сказала она мне от двери.

Щелкнул замок.

Я сидел, барабанил пальцем по краю стола. Потом медленно поднялся, прошел в ванную и стал охлаждать и прогревать под душем свои синяки и ссадины.

В постели я довольно долго лежал без сна. Завтра надо будет многое сделать. Позвонить Сирилу Александеру, это раз. И, черт возьми, я позабыл спросить у Зазу, кто же убил Гизера. Ничего удивительного. Впрочем, сейчас меня ничем нельзя удивить. Я бы даже не поразился, если бы она в пятидесятилетнем возрасте, если только она доживет до такого возраста, стала владычицей мира.

Меня даже не удивили мои сны. Вы, наверное, догадываетесь, какого они были содержания.