Я сказал:

– Когда пару месяцев назад банда Александера перестала здесь толкаться, я подумал, что, возможно...

– Я бы не хотела, чтобы ты называл их бандой.

– Все мошенники намерены оставить в покое "Джаз Пэд" и...

– Ты не должен называть их мошенниками.

– Дорогая, Александер и его ребята образуют крепкую группу обманщиков и мошенников, которую иначе не назовешь, как бандой. Поскольку их невозможно считать честными людьми даже с большими оговорками, то почему тебе не нравится, что я называю их бандой гангстеров?

Она пожала плечами.

Я продолжал:

– Так или иначе, но, как я понимаю, вот уже неделю, если не больше, здесь все время ошивается новая банда.

– Полагаю, ты имеешь в виду Домино?

– Правильно. И поскольку ты девушка, которая притягивает мужские глаза посильнее магнита, то могу поспорить, что ты, коли пожелаешь, сможешь мне кое-что рассказать о Домино и его своре бандитов.

Она снова пожала плечами, глядя в потолок, а я подумал, что бы ей такое сказать, чтобы заставить пожать плечами, но не стал искать подсказки на потолке.

Внезапно Лилли произнесла:

– Да, они здесь околачиваются дней десять. Я бы сказала, симпатичные парни.

– Потрясающе!

– Меня пробирает дрожь, когда я говорю с ними.

– Черт возьми, тебя пробирает дрожь!

– Они собираются стать большими людьми в нашем городе, так они мне сказали.

– Помнится, они никогда не были мелкими сошками, об этом тоже они сказали тебе?

– Точно. И, очевидно, не мне одной. У них грандиозные планы, о которых они говорили со многими людьми.

– Продолжай.

– Как я понимаю, это не тайна.

– Видимо, нет.

– Во всяком случае, они не делают из этого секрета. Они говорят, что подчинят себе весь Лос-Анджелес.