Братско-сестринскую могилу Кенов и Барби аккуратной оградкой опоясывали коробки с кукольной мебелью, посудой, одеждой, оружием и прочими предметами, необходимыми, согласно языческим верованиям, для ведения активной загробной жизни. С противоположной стороны к кургану по-пластунски подобралась незамеченной маленькая девочка в оранжевой шубке. Сосредоточенно пыхтя, она потянула на себя большую плоскую коробку из основания кучи.

— Детка, тебе это не нужно! — пытаясь препятствовать обрушению пирамиды, устало увещевала энергичную девочку ее гораздо менее энергичная мама. — У тебя уже есть такая игрушка!

— Детка, тебе это не нужно! — на лету уловив подсказку, повторила я, обращаясь к собственному сынишке.

— У меня еще нет такой игрушки! — резонно возразил Масяня.

— Девушка, можно вас на минуточку? — Колян призывно помахал ручкой охраннице кукольной гробницы. — Расскажите нам, пожалуйста, что это такое?

Он тоже постучал пальцем по лакированной картонной коробке и замолчал, заинтересованно ожидая ответа.

— Это крокодил, идущий на свет, — предупредительно ответила продавщица.

— На тот или на этот?

— Э-э-э-э…

— Этот? — подсказала я.

— Или, может быть, на свет в конце туннеля? — азартно предположил Колян.

— Или даже на свет истины? — спросила я.

Озадаченная продавщица сняла коробку с полки и повертела ее в руках, разглядывая красивую цветную картинку. На ней был изображен нежно-зеленый, как молодой салатный лист, крокодильчик с доверчивыми голубыми глазами. Крокодильи очи были вытаращены и напряженно скошены к переносице. Вероятно, рептилия тщетно пыталась сфокусировать взгляд на тонком красном луче, упирающемся в ее курносое рыло. Картинка не давала ответа на вопрос, откуда взялся рубиновый луч, но не возникало никаких сомнений, что крокодил данным явлением очень удивлен и заинтересован. Мы с Коляном в полной мере разделяли его чувства.