— Неправильное название дали магазину игрушек, — сердито язвила Ирка, прислушиваясь к звукам ожесточенной пальбы, доносящимся из коридора.

Оружие для охоты на крокодила не только испускало из себя лучик, но и исторгало пугающие звуки.

— Надо было не просто «Мир детства» назвать, а шире — «Война и мир детства»! — сказала подруга.

— А-а-а-а! — страшно заорал крокодил, в очередной раз пораженный лазерным лучом.

И он тут же без всякой паузы запел с большим чувством и ярко выраженным китайским акцентом:

— Пустя бегуть неуклюзя писиходы па лузям!

— Слово «писиходы» звучит как-то подозрительно! — покачав головой, заметила я. — Угадывается в нем что-то такое…

— Точно! Хотя зримо представить себе «писиходное» движение я лично затрудняюсь! — поддакнул Колян.

— Ма-а-амочка! — заревел Масяня. — Мамулечка! Посмотри, крокодильчик описался!

— Смотри-ка, не затруднился! — заметила я и выглянула в коридор.

Нежно-зеленый Крокодил Крокодилович затейливо петлял по полу, оставляя на линолеуме влажный след.

— Так вот, значит, каков он — писиход, бегущий по лужам! — пробормотала я.

И посмотрела в дальний конец коридора, где в тупике помещалась ванная комната. На полу у порога поблескивала россыпь микроскопических лужиц.

— Там кто-то что-то разбрызгал, — сообщила я Ирке.

Хозяйка дома тоже выглянула в коридор, поморгала, приглядываясь, и с нескрываемой досадой сказала:

— Опять Катька мокрыми руками на ходу трясла! Что за привычка такая дурацкая, руки помыть и полотенцем не вытереть! Ну никакого воспитания у девицы!