— А как же деньги?

— Возьми. Позаимствовал у предков. Отец — торгаш, возит шмотки из Турции, Эмиратов, черт его знает откуда, мать продает… Не бойся, не обеднеют, получим башли, — выразительно поднял он над головой дискеты, — возвратим. — Понимаю — для нормальной житухи и путешествия на Дальний Восток маловато. Но, не забывай, имеется твое «приданное», как им распорядиться — мои проблемы.

Людмила не провожала дружка — стояла на перроне вокзала в стороне и сквозь слезы следила за входящим в вагон Валеркой. Господи, как же она проживет неделю до встречи с ним?

На следующий день Молвин вызвал ее в кабинет.

— Садись за компьютер, перепиши записанные в память файлы на дискеты. Запись сотри. И — забудь.

Как же во время она сняла копии, сейчас уехавшие с Валеркой! Один, всего только один день прошел и вот вонючий козел все же вспомнил про спрятанный под паролями компромат!

— Разрешите сделать это позже? Сейчас разберу почту…

— Никаких почт! — зло прикрикнул Егор Артемович. — Только сейчас в моем присутствии!… Послезавтра уезжаем в Петербург. Побалуемся, — выдавил он обещающую улыбочку.

Пришлось подчиниться. Молвин внимательно следил за манипуляциями с клавиатурой, брал из ее рук дискеты и укладывал их в черную визитку. Предварительно помечал цифрами и буквами.

— Теперь уничтожь записи в памяти компьютера.

Так же внимательно проследил как выполняется его распоряжение, потребовал еще раз включить файлы со стертым содержанием, убедился в том, что они, действительно, пусты.

— Все. Свободна. Не забудь — послезавтра выезд. Как всегда, пришлю за тобой машину…

Рано утром, не дожидаясь черной «волги», девушка уехала в аэропорт. Двое суток трястись на поезде — с ума сойдешь, значительно удобней — до Краснодара самолетом, оттуда до Тихорецка — пригородной электричкой. Адрес друга Валерки — в кармане, деньги вложены в кармашек, пришитый к изнанке джинсов. В сумке — самое необходимое: белье, юбка с блузкой, косметика, туалетные принадлежности. Остальное они купят на месте.