– А может, устроим конкурс? – не сдавалась Эрин. – Вдруг что-нибудь да придумается!

– Нет!

– А я помню, – заговорила Урбана Спрол, – когда это заведение называлось «Дворец удовольствий». А еще раньше – «Веселый курятник».

– А еще раньше – «Все для джентльмена», – подхватила Моника-младшая. – Как раз тогда его закрыли за проституцию.

– Ну а теперь оно называется «И хочется, и можется», – подвел итог дискуссии мистер Орли. – И будет называться так до тех пор, пока это устраивает меня.

– Что ж, отлично. Прелестное название, – не удержалась Эрин.

Мистер Орли пропустил мимо ушей ее ироническое замечание.

– Главное, – продолжал он, – чтобы вы занимались своим делом. А ваше дело здесь – танцевать, черт побери. – Выдвинув один из ящиков стола, он извлек из него стопку видеокассет. – Это мне привезли из Далласа, из такого же заведения, как наше. Возьмите кассеты домой и хорошенько изучите, как работают тамошние девочки. Каждая имеет по три-четыре сотни за вечер, и меня это совсем не удивляет.

Взяв кассеты со стола, Шэд принялся раздавать их танцовщицам.

– Мистер Орли, у меня нет видака, – пожаловалась Урбана Спрол.

– У меня есть, могу одолжить.

– Четыре сотни за вечер? – ехидно переспросила Эрин. – Пожалуй, стоило бы смотаться в Даллас – вдруг у них там есть вакансии?

Мистер Орли и это пропустил мимо ушей.

– Вот еще что, – снова заговорил он, – а потом можете идти по домам. Это насчет вчерашнего. Я имею в виду драку на сцене.

– Да никакой драки, считай, и не было, – заметила Моника-младшая. – Просто один мужик начал размахивать бутылкой.

– Вот-вот, – подтвердил мистер Орли. – Вы ничего не видели, о'кей? Если кто начнет расспрашивать, тут же говорите Шэду.

Эрин удивили подобные указания. В заведении частенько случались заварушки, но мистер Орли почти никогда не интересовался ими.

– Что происходит? – спросила она. – Что, вмешалась полиция?