– Чем больше будешь убиваться, тем меньше толку… Что ты теперь – не человек? Пить можешь спокойно – не рожать. Ребенку уже все равно, он заранее мертвый.

– Замолчи!

– Почему? – Марина оскорбленно поджала губы. – Ты из себя недотрогу не строй, пожалуйста… Я тоже аборт делала!

Наташа собрала отжатое белье в таз, подхватила и молча вышла из кухни. Ее комната была в самом конце коридора, она торопливо вошла и заперлась изнутри, оставив ключ в замке.

Плакала она долго, горько, и было ей как никогда больно и одиноко в этой грязной общаге, в комнатке с ободранными обоями, немытым окном и старой мебелью. Потом Наташа вытерла слезы полотенцем, развесила белье на веревке, протянутой через комнату, напилась холодной воды из чайника и задумалась. Она прожила в Москве уже четыре года, но несколько раз в году обязательно ездила домой, к маме в Рязань. Билеты недорогие, ехать недалеко, и какие-то деньги у Наташи всегда были – мать давала, да еще присылала с оказией продукты… От отчима, конечно, Наташа никаких денег не видала, но все равно жила неплохо – ведь единственный ребенок в семье… Да, она хорошо устроилась в Москве! Как ей повезло с комнатой – полагалось селиться по двое, но соседка сразу переселилась к сестре, которая давно жила в Москве, и приходила раз в полгода – оставить какие-то вещи или забрать… Учеба давалась Наташе легко – институт был гуманитарного профиля, и требовалось только одно – много читать и грамотно писать… Мать гордилась ею, и даже отчим, казалось, стал добрее – ведь падчерица сгинула с глаз. Еще на первом курсе случилась с нею короткая любовная история, о которой она вспоминала как о странном сне – зачем все это было и к чему? Парня этого она не любила, да и он не говорил о безумной любви – просто уступила, потому что вдруг стало лень отказываться… Закончилось все очень скоро и без последствий – он пользовался презервативами, за что Наташа была ему очень благодарна… После этого она совсем успокоилась и решила даже, что следующим мужчиной будет муж… И вот накануне последнего Нового года…