- Ну вот, а ты боялась! – сказал этот ублюдок.

Я заметалась. Сумки выпали из рук.

В это время подбежал какой-то запыхавшийся официант, и, не глядя мне в лицо, сунул мне в руки раскаленную кастрюлю с компотом.

- Быстрей неси в зал! – рявкнул он.

Я растерялась. Ибо я все еще была в форме официантки. И, значит, на работе. Когда вы на работе, вы должны вести себя соответственно. Я заколебалась, должна ли я нести эту кастрюлю с кипятком. И что мне скажут.

Но тут горилла больно-пребольно ухватил меня за руку. Пережав мышцу, словно железными тисками. Выхода не было.

- Донесут другие, кисочка... – проговорил он.

Я разозлилась. Я поняла, что он ко мне пристает.

- Я тебе не кисочка, я честная невеста! – оскорблено воскликнула я и вылила кипяток ему на живот и на пах.

А потом в ужасе схватилась за голову.

Ведь лицо его как-то изменилось.

А потом он начал бешено танцевать.

- А гаварила, никто нэ танцует! – оскорблено сказал подошедший сзади джигит. – Для сэбя только храниш? Нэхорошо! А как хорошо танцуэт! – он в восторге поцокал языком.

И тут охранник начал скидывать с себя одежду и срывать штаны.

- А гаварила, мужского стриптиза нет! – оскорблено сказал джигит. – Иды, иды, дэвушка, я сам смотреть буду!

Лицо охранника, который был не в силах вымолвить не слова, и только молча танцевал, снова изменилось. Он как-то странно зыркнул на меня.

Я подхватила сумки.

- Не обижай мальчика... – зачем-то попросила я.

- Нэ бойся, не обижу... – сказал джигит, не оборачиваясь на меня и совая ему в трусы деньги. – Вано мальчика не обидыт!

Глаза охранника, когда он посмотрел на меня, стали совсем странными. Я подумала, что больше встречаться с ним, пожалуй, не надо!

Джигит качал головой, смотря на танец.

Охранник молча танцевал. Он очень быстро-быстро перебирал ногами.

Я кинулась на выход.

Прямо через главный вход в ресторан.