А потом чуть опечалилась. Поняв, что кушать тоже нет. И у принцессы тоже нет.
- Но у меня нет денег... – вслух сказала я сама себе, глянув на принцессу.
Она как-то покровительственно лениво вынула одним невидимым движением из волос сто долларовую купюру и продемонстрировала ее мне перед носом, не отрываясь от еды.
- Должен же кто-то в семье быть умным, – снисходительно и как-то по взрослому сказала она.
- Но ты же все отдала! – сдавлено сказала я.
- Не я отдала, а ты все взяла, а это большая разница... – хмыкнула она.
Глава 7.
Я чуть не врезалась в бордюр моста от шока. Я как раз по нему ехала.
- Ну, нет! – в сердцах сказала я.
- Конечно не надо, – быстро сказала принцесса. – Следующий столб слева слишком агрессивен!
Она имела в виду, что, съехав с проезжей части и выехав на узкий тротуар, я, вильнув и выворачивая от бордюра, чуть не снесла столб.
Впрочем, я тут же честно вернулась обратно на трассу.
- В какой больнице лежит бабушка? – тупо спросила я.
- В той же, – меланхолично ответила принцесса, разглядывая остатки конфет. Вернее, фантики и бумажки.
- Ты ей хоть передачи носила?
- Передала ей старые носки...
- А еду?
- А еду я сама съела еще раньше... – печально призналась принцесса. И грустно добавила: – Мало!
- Бабушку хоть кормят? – подозрительно спросила я.
- Мало! – так же грустно ответила девочка. – Она такая лакомка...
Я улыбнулась.
- А за еду надо платить...
Я вздрогнула.
- А что же она ест? – запинаясь, проговорила я.
- Я принесла ей тридцатидневный курс голодания по Брэггу, – гордо сказала девочка. – Она ест подкожный жир... Ей как раз надо лечиться...
- Так... – севшим голосом попробовала сказать я.
По привычке, я залезла за пазуху, чтоб потрогать свое сокровище, и лишь потом вспомнила, что все отдала.