– Так это был мужчина? – спросил инспектор.

– Думаю, да, – ответил я.

– Черный, белый?

– Пистолет был черный, – ответил я. – С глушителем.

Не слишком большая помощь следствию. Я и сам это понимал.

– Мистер… э-э… – Инспектор сверился с записями в блокноте, что лежал на столе. – Фокстон. Что еще вы можете сказать нам об убийце?

– Простите. – Я покачал головой. – Все произошло так быстро…

Тогда он решил зайти с другого конца.

– Скажите, насколько хорошо вы знали мистера Ковака?

– Довольно хорошо, – ответил я. – Мы работали вместе. Последние лет пять или около того. Я бы даже сказал, нас можно было назвать друзьями. – Тут я сделал паузу. – По крайней мере, по работе.

Просто невозможно было поверить, что он мертв.

– И какого рода то была работа?

– Финансовые услуги, – ответил я. – Мы были независимыми финансовыми консультантами.

В глазах детектива отразилась скука, и я не преминул это заметить.

– Конечно, не столь занимательно, как принимать участие в «Гранд нэшнл», – добавил я. – Но и не так уж плохо.

Тут он посмотрел мне прямо в глаза.

– А вы что, когда-нибудь скакали на приз «Гранд нэшнл»? – В голосе звучал сарказм, на губах играла улыбка.

– Вообще-то, да, – ответил я. – Дважды.

Улыбка тотчас поблекла.

– О, – коротко заметил он.

«Вот именно, что «о», – подумал я.

– И во второй раз, представьте, даже выиграл.

Вообще-то, мне было не слишком свойственно говорить о прошлой жизни и уж тем более – хвастаться своими достижениями. Я молча упрекнул себя за эту несдержанность, но меня начало реально раздражать отношение этого полицейского не только ко мне, но и к моему убитому коллеге.

Он снова сунулся в свои записи.

– Фокстон, – прочел он вслух. Потом вновь поднял глаза. – Случайно не Фокси Фокстон?