Мне остается лишь усмехнуться. Я рад нашей встрече. Очень рад.

Из спальни появляется заспанное личико какой-то девушки.

- Оксана! Это наш Антоныч приехал! - басит на всю квартиру Cepera. - Ты видишь это чучело?!!

Cepera, наверное, единственный человек из всех ругателей в стране, который совершенно безнаказанно может говорить обо мне и при мне все, что захочет. Он мой друг с самых малых лет. Таких друзей не бывает. Но Cepera есть, и я доволен.

- Мне хоть можно раздеться? - спрашиваю я.

- Да, черт! Конечно! Сейчас... Вот, Антоныч, тапочки. Ну ты даешь!

Скидываю пальто, бросаю шапку на вешалку и влезаю в домашние туфли.

У Сереги трехкомнатная квартира. Это у него от родителей.

Проходим в гостиную. Обстановка как у людей. Все те же "стенки", тумбочки под телевизор и прочее - стандарт российского жития-бытия.

- Я ведь женился! Да ты сейчас вспомнишь! Оксана ведь! - Он подмигивает мне и выглядывает в коридор. - Оксан!?

- Да иду я, иду! - доносится из спальни. - Мне ведь одеться надо?

Счастливый приятель возвращается ко мне. Падает рядом на диван, обнимает меня за плечи.

- Вот как ты теперь будешь выкручиваться, сволочь такая? Почему раньше не написал?! - расплывается он в улыбке.

- Не думал, что вернусь. Не верил.

- Да ты че?! Как это не думал?! Жить потому что негде?! Да ты охренел, братишка! У меня комната вон свободная стоит! Детей пока не предвидится. На этот шаг в наше время решиться нужно. Живи! Никуда теперь, братан, не денешься? - хохочет он, тряся меня как грушу.

Приятно, черт возьми, когда вот так могут встретить через кучу долгих лет.

Заходит Серегина жена. Она умылась, надела халатик, причесалась, но я не могу ее вспомнить.

- Не узнаешь? - веселится друган. - Твоя же соседка была! Ниже этажом они жили!

После этой подсказки наконец вспоминаю. Тогда Оксана была совсем соплюхой, и сейчас ее, конечно, не узнать.