– Просто так. Все, что мы знаем, нам поможет в дальнейшем, – ответил он.

– Вот вы и снова правы, – сказал старик и стал смотреть на Бильское озеро.

Дождь перестал. После Невиля озеро выглянуло сквозь разрывы тумана. Они въехали в Лигерц. Чанц ехал медленно, ища поворот на Ламбуэн.

Теперь машина поднималась по склонам виноградников. Берлах опустил стекла и смотрел вниз, на озеро. Над островом Петере видны были звезды. В воде отражались огни, по озеру неслась моторная лодка. Поздновато для этого времени года, подумал Берлах. Перед ними в долине лежал Тванн, за ними – Лигерц.

Они сделали поворот и поехали к лесу, который угадывался в темноте. Чанц заколебался н сказал, что дорога, может быть, ведет только в Шервельц.

Когда они поравнялись е пешеходом, Чанц остановил машину.

– Это дорога на Ламбуэн?

– Прямо вперед, а у ряда белых домов на опушке леса – направо в лес, – ответил человек в кожаной куртке и свистнул своей собачонке – белой с черной мордой, – крутившейся в свете фар.

– Пошли, Пинг-понг!

Они миновали виноградники и вскоре оказались в лесу. Ели надвигались на них – бесконечная вереница освещенных колонн. Дорога была узкой и плохой, то и дело ветки ударялись о стекло. Справа дорога круто обрывалась. Чанц ехал так медленно, что они слышали, как шумит вода в ущелье.

– Это ущелье Тваннбах, – пояснил Чанц. – По ту сторону дорога в Тванн.

Слева скалы скрывались в темноте и затем снова вспыхивали белым светом.

Кругом был мрак, как раз наступило новолуние. Дорога больше не подымалась, и ручей шумел теперь рядом с ними. Они свернули налево и проехали через мост. Перед ними лежала дорога. Дорога от Тванна на Ламбуэн. Чанц остановил машину.

Он выключил фары, и они очутились в полной темноте.

– Что теперь? – спросил Берлах.

– Теперь будем ждать. Без двадцати восемь.

* * *

Они стали ждать. Часы показывали уже восемь, но ничего не происходило.