– И что теперь, – спросил Хенри. – Пойдем брать за бока этого Гандеси?

– Он может быть очень опасен. Как ты думаешь, нам он по зубам?

Хенри презрительно усмехнулся.

– Не справиться с дешевым пижоном со Спринг-стрит? Жирным ублюдком с фальшивым рубином на мизинце? Да ты мне его только дай. Я его тебе наизнанку выверну. А вот выпивка у нас кончается. Здесь осталось не больше пинты,сказал он, разглядывая бутылку на свет.

– Пока хватит, – возразил я.

– Почему? Разве мы с тобой пьяные?

– Конечно нет. Но ведь у нас впереди трудный вечерок, помни об этом.

Сейчас пришло время побриться и переодеться. Думаю, нам нужно надеть смокинги. У меня найдется лишний для тебя. Мы ведь почти одного роста.

Вообще забавно, что два таких здоровяка объединились, правда? А смокинги потому, что дорогая одежда производит на простолюдинов впечатление.

– Хорошо придумано, – одобрил Хенри. – Они подумают, что мы с тобой бандиты, работающие на какую-то крупную фирму. А Гандеси может вообще с перепугу в штаны наделать.

На том и порешили. Пока Хенри принимал душ и брился, я позвонил Эллен Макинтош.

– О, Уолтер, я так рада, что ты позвонил! – воскликнула она. – Ты уже что-нибудь обнаружил?

– Пока нет, дорогая, – ответил я. – Но у меня есть идея, и мы с Хенри буквально вот сейчас примемся за ее осуществление.

– Хенри? Какой еще Хенри?

– Хенри Эйхельбергер, конечно же. Как быстро ты его забыла. Мы с ним теперь неразлучные друзья, и...

– Уолтер, ты опять пьешь? – резко перебила она.

– Нет, конечно. Хенри нельзя пить. Она фыркнула.

– А разве не Хенри украл ожерелье? – спросила она после затяжной паузы.

– Конечно же нет, дорогая. Он ушел, потому что влюбился в тебя.

– Кто, этот скот? Я уверена, Уолтер, что ты пил. Так вот, я с тобой больше не желаю разговаривать. Прощай, – и она с такой силой швырнула трубку, что этот звук звоном отдался в моем ухе.