Там сказали, что он к ним вернулся и снова зарегистрировался как ищущий работу. Его домашний адрес они дать отказались.

– А не мог взять ожерелье кто-то другой? К примеру, грабитель, – Кто другой? Слуги вне всяких подозрений. На ночь дом запирается так, что сюда и мышь не проскользнет. Никаких следов взлома не видно. К тому же Хенри Эйкельбергер знал, где хранится ожерелье. Он видел, как я укладывала его в сейф после того, как миссис Пенраддок надела его в последний раз, когда ужинала с двумя друзьями дома по случаю очередной годовщины смерти мужа.

– Это, должно быть, была чертовски веселая вечеринка, – заметил я.Хорошо, я отправлюсь в агентство и заставлю их дать мне адрес. Где оно находится?

– Это «Агентство по найму домашней прислуги», дом номер 200 по Второй Восточной улице. Очень мрачный район. В таких я обычно чувствую себя очень неуютно.

– По-настоящему неуютно почувствует себя этот Хенри Эйхельбергер, когда я до него доберусь, – сказал я. – Так ты говоришь, он пытался поцеловать тебя?

– Жемчуг, Уолтер. Самое главное – жемчуг. Я молю бога, чтобы он еще не обнаружил, что ожерелье поддельное, и не вышвырнул его в море.

– Если он это сделал, я заставлю его нырять за ним.

– Он под два метра ростом, очень крупный и сильный. Уолтер, – сказала Эллен обеспокоенно. – Но, конечно, он не такой симпатичный, как ты.

– Ничего, справлюсь как-нибудь, – ответил я. – Пока, малышка.

Она вцепилась в мой рукав.

– Подожди, Уолтер. Еще я хочу тебе сказать, что ничего не имею против небольшой драки. Это так по-мужски. Только, прошу тебя, не слишком увлекайся, не доводи до вмешательства полиции, И хотя ты тоже большой и сильный, играл в американский футбол в колледже, ты сам знаешь, у тебя есть одна серьезная слабость. Обещай мне не притрагиваться к виски.