– А… почему эта веточка особенная?

– Так… – уклонился от прямого ответа Александр Ивано­вич и положил ветку в книгу. – Ну-с, пойдемте смотреть ма­шину.

Она, конечно же, оказалась в отличном состоянии, с тем налетом щеголеватой красоты, которую приобретают автомо­били в опытных и любящих руках. Грошев похвалил полиров­ку и спросил:

– На такую красавицу нападений не было?

– Обходилось. Я ведь инженер-подполковник, кое-что смыслю в этом деле, так что, если бы кто-то и позарился, ни­чего бы из этого не вышло: установил кое-какие секретки.

– Расскажете?

– Нет, – рассмеялся Тихомиров. – Пока что секрет изобре­тателя.

Они расстались почти по-товарищески, но Грошев не мог отделаться от впечатлений странных и, может быть, опасных совпадений: владелец белой «Волги» дважды перекрашивает ее; застигнутый врасплох Согбаев справлялся у профессора о некоем «бывшем командире»; Тихомиров – бывший военный, именно у него хранится сухая ветка необыкновенной сирени, которую, по-видимому, ищут жулики.

Но в поведении Тихомирова не чувствуется фальши, притворства. Он прост и открыт. И все-таки…

Николай позвонил в автоинспекцию. Среди людей, за­явивших о перекраске машины, значился и Тихомиров. Тут же выяснилось, что купил он ее в городе Н., через комиссионный магазин. Грошев немедленно послал в Н. запрос о бывшем вла­дельце машины.

Своего начальника Николай застал расхаживающим по кабинету. Не здороваясь, Ивонин сообщил:

– Сын профессора и его невеста выезжают с туристской группой за границу. Ничего их порочащего не обнаружено. Что нового у тебя?

Николай коротко рассказал. Ивонин долго думал, потом сердито сказал:

– Ладно. Утро вечера мудренее. С утра все решим… если придумаем.

В пятницу утром Грошев уже знал кое-что о Тихомирове. Его жизнь можно было назвать безупречной. Только самый строгий моралист мог поставить ему в упрек, что он, женив­шись в конце пятидесятых годов, в середине шестидесятых разошелся.