Он положил автомат на колени, вытащил из холщовой кобуры трофейный револьвер и проверил барабан. Заряжен.

- Лучше так, чем быть сожранным... - прошептал он, поглаживая ствол.

Хэнк медленно поднял револьвер к виску. Нет, это не надежно. Он открыл рот и поднес пистолет к нему, но тут же опустил, прошептав: "Бесс... Бесс". Фрост прикрыл правый глаз, но не почувствовал никакой разницы. Одноглазый капитан, теперь полностью слепой, сидел в темноте, в грязи и прислушивался к звукам диких животных.

- Еще не время, - пробормотал он, сжав зубы, - еще не время.

Так он и сидел, окруженный своей собственной ночью. Идти дальше было некуда.

Глава пятая

Фрост вспомнил, что когда они с Бесс занимались любовью в первый раз, та сказала, что у него грязные ногти и что она в первый раз делает это с мужчиной с грязными ногтями, но что ей это, впрочем, даже нравится. Тогда они провели ночь, не заснув ни на час, в укромной пещере у водопада, и после этой ночи Хэнк изменился. Он в первый раз в жизни полюбил.

Капитан вспомнил задание в Канаде, где он препровождал маленького гения к его отцу, взрослому гению, слишком занятому, чтобы заниматься сыном. Он уже знал, что Бесс обладает сильным материнским инстинктом, но именно тогда он впервые осознал отцовский инстинкт в себе. Фрост спас мальчику жизнь, когда тот тонул, и вместе с Бесс привел его к отцу... Там еще были схватки с бандитами, леденящий кровь полет на самолете и ядерная бомба, которую хотели сбросить террористы. Но Хэнк и Бесс победили, вернув мальчика целым и невредимым, хотя и ощутили после этого горечь утраты.

Он вспомнил зловещее дыхание смерти, едва не опалившее Бесс, после чего девушка стала ему еще дороже, ее освобождение и возвращение к нему... Погоню за деньгами... Теперь-то у него есть кругленький, по его меркам, счет в одном из швейцарских банков. Пусть хоть деньги останутся Бесс.

Должен же быть выход. Фрост всегда питал отвращение к самоубийству.