– Да уж очень заманчиво было узнать, какие разговоры ведет Горадзе в своем кабинете. Ну а после того, как «ингурцы» разместили свой заказ на мойку окон, я и решил, что стоит попробовать.

«Да, вот и попробовал», – мысленно сказал Чернышов и уже вслух добавил:

– А почему тогда ты не рассмотрел возможность технического контроля со стороны службы безопасности «Ингура» за кабинетом директора?

– В офисе Горадзе никогда не проводились инструментальные проверки, направленные на поиск устройств прослушивания. Я даже предположить не мог, что служба безопасности оборудует все кабинеты в офисе стационарными датчиками.

– Олег, ну как же так, – удрученно вздохнул полковник Чернышов. – То, что в офисе не проводится регулярный поиск подслушивающих устройств, наоборот, выглядит подозрительно. Значит, в нем просто нет необходимости. Раз служба безопасности уверена в защите от прослушивания, значит, для этого есть основания.

– Теперь я это понимаю, Павел Андреевич, – ответил Муромцев и опустил голову. – Расшифровка операции произошла целиком по моей вине.

– Практически сразу после того, как было обнаружено устройство прослушивания, «гладиаторы» Горадзе бросились искать мойщика окон, – сообщил Муромцеву Чернышов. – Они побывали в самой фирме, в больнице и даже дома у парня, который должен был сегодня мыть окна в «Ингуре».

– Вся операция по временному устранению настоящего мойщика окна была проведена четко. Парень ничего не заподозрил. Имитированный наезд он воспринял абсолютно натурально. Затянувшийся медосмотр тоже не должен был вызвать у него подозрений.

– Да, все это так, – согласился с Олегом Муромцевым Павел Чернышов. – «Гладиаторы» убедились, что парень понятия не имеет, кому и для чего потребовалось таранить его машиной. Так что единственной уликой, которой они располагают, является само приемно-передающее устройство. Имея в руках устройство, они могут выяснить его принадлежность?