Я немного помолчал, давая ей время обдумать мои слова, а потом отчеканил, нарочно выделяя каждый слог:

- Мадам Гажан, кому вы говорили, что вечером я увижусь с Сюзанной Краст у нее дома?

- Да никому! С тех пор как мы с вами расстались, я ни на минуту не выходила из дому!

- Да, но после меня здесь остался месье Сужаль.

- Но ведь не думаете же вы, что Фред...

- Однако вы упоминали при нем о моей предполагаемой встрече с мадемуазель Краст?

Эвелин замялась.

- Возможно... не помню... но, вероятно, да... я привыкла рассказывать Фреду обо всем... После того как Марк... уехал, он моя единственная поддержка и опора...

- И он вас любит!

Она посмотрела мне в глаза.

- Думаю, да. Но вам-то какое дело?

- Никакого... просто мне это не нравится.

- Вот как? И по каким же таким причинам?

- По личным. А вы?

- Что - я?

- Вы его любите?

- А вы не думаете, что вмешиваетесь в чужие дела, которые вас нисколько не касаются?

- Меня все касается, мадам, когда нужно во что бы то ни стало докопаться до истины.

- Но какое отношение мои чувства к Фреду...

- Так вы отказываетесь мне ответить?

Эвелин явно начинала сердиться.

- Ладно! В конце концов, мне все равно! Нет, я не люблю Фреда в том смысле, в каком вы это понимаете... Для меня он друг, брат...

Меня вдруг охватило такое счастье, что, не удержавшись, я воскликнул:

- Спасибо!

И, не понимая толком, что делаю, я расцеловал Эвелин в обе щеки. Этот поцелуй вернул меня к действительности, и, сообразив, что натворил, я смущенно пробормотал:

- Извините!