Я включила питерский канал и выяснила, что крохотное взрывное устройство не приклеили к днищу машины, как это часто делают. Оставшийся инкогнито киллер оказался даже в некотором роде гуманистом: и водитель, и компаньон Тарасова Вениамин Багловский, находившиеся вместе с ним в автомобиле, остались живы.

По предварительной версии следствия, взрывное устройство, созданное неизвестным талантом, прикрепили к пальто Тарасова, между тканью и теплой подстежкой. Оно гарантировало смерть предполагаемой жертвы и одновременно сохранение жизней тех, кто по несчастливой случайности окажется поблизости. Правда, компаньона, как передали в программе, отправили в больницу с сердечным приступом, но это уже издержки. Побочный эффект, так сказать.

Я не стала слушать дальше, да и другие сюжеты меня нисколько не интересовали, хотя они вполне могли оказаться посвящены моим знакомым или клиентам моей турфирмы, согревающим кости под тропическим солнцем после холодных острогов. Достав из холодильника початую бутылку «Синопской», я решила в одиночестве помянуть Стаса. Сын и брат мне в этом не товарищи (от Кости бутылки вообще лучше держать подальше), у Верки – «ночная смена».

Мы со Стасом познакомились лет семь-восемь тому назад, когда он впервые пришел в мою турфирму. Все последующие годы Тарасов, желая отбыть куда-нибудь за рубеж, обращался только ко мне. Во-первых, потому, что я гарантирую хороший сервис, во-вторых, потому, что умею молчать. Возможно, я расположила причины не в том порядке, но, по-моему, они одинаково важны.

В каждый тур Тарасов ездил с новой пассией. О покойном Стасе я вообще могу сказать, что он вел обычную для современного бизнесмена половую жизнь: днем – секретарша, вечером – любовница, ночью – жена.

Но если любовниц ходок Тарасов регулярно менял, то со своей законной спутницей жизни, Аллой Сергеевной, уже справил серебряную свадьбу. Правда, от такой Аллы Сергеевны не очень-то и убежишь, в смысле навсегда. Держалась она за Тарасова крепко и регулярно возвращала его в лоно семьи.