— Надо же. — Брюнетка вдруг хихикнула. — Подумать только, коп с чувством юмора!

— Вас волнует возможный визит копа к вам в агентство, потому что это может испортить вам репутацию, — заметил я. — А позировать обнаженной для Торпа — это вас не смутило!

— Женское тщеславие! — Она с восхищением посмотрела на свою грудь и тихо вздохнула. — Я люблю свое тело. Желание запечатлеть его на холсте для потомков было непреодолимо. Я решила, что этот портрет обеспечит мне нечто вроде бессмертия. Ну и конечно же в тот момент я была совершенно пьяна! — Лиз подняла пустой стакан. — Можно мне еще?

— Конечно.

Я забрал у нее стакан и направился в кухню.

— Как вас зовут? — вдогонку спросила она.

— Эл.

Бросив взгляд через плечо, я обратил внимание на задумчивое выражение ее лица.

— А меня Лиз. Ты покончил с вопросами, Эл?

— Думаю, что да. А что? — отозвался я уже из кухни.

— Значит, я могу поставить пластинку. Не каждый день мне приходится общаться с лейтенантом полиции.

— Будь как дома, — разрешил я.

Вернувшись из кухни, я услышал, как гитары приглушенно наигрывают самбу, или мумбо-юмбо, или как там это называется. Стаканы нервно задрожали в моих руках, когда передо мной предстала Лиз Нил, крутившая своими пышными бедрами в ритме ча-ча-ча.

— А знаешь, — изумился я, — в первый раз вижу настоящий живой цветник.

— Не поняла.

Брюнетка озадаченно повернулась ко мне.

— Глядя на тебя, все видишь в розовом цвете, — проговорил я.

— Мне нравится пестрое белье, — самодовольно произнесла она. — Кроме того, прикалывать настоящие розы не очень удобно: у них колючие шипы. — Взяв у меня стакан, Лиз привычным глотком осушила его. — Не хочешь ли потанцевать, Эл?

— Нет, спасибо, — отказался я. — Хоть я и не боюсь наступить тебе на подол юбки, но уж наверняка подставлю тебе подножку как раз перед открытым окном.