- Во-первых, сдается, ты заразилась от Алиции, - констатировала я с неудовольствием, потому как все это напоминало сцену, которую мне довелось наблюдать много лет назад. - Правда, Алицию давно уже отпустило. А во-вторых, отдай пепельницу, иначе придется пепел стряхивать на тарелку.

Зося посмотрела на стол и на полку.

- А, прости, пожалуйста. Глупости, вовсе я не заразилась от Алиции. У нее нет детей, а я из-за Павла... Не очень-то охота оповещать об этом всех и каждого. Послушай, твой Дарий... Чем он, собственно, занимается?

- Что касается оповещения, так у меня нету громкоговорителя, заметила я сухо. - А в чем дело?

- Ну, молчать-то он, надеюсь, сумеет?..

- По-всякому. На некоторые темы только и делает, что молчит.

Зося погасила газ под чайником и прислонилась к буфету, озабоченно поглядывая то на меня, то в прихожую за моей спиной. Я тоже смотрела на нее и прикидывала, как бы она отреагировала, если открыть правду об имени так называемого Дария.

Его звали вовсе не Дарий, а Божидар, и я сама предпочитала об этом не вспоминать. Возможно, для своих родителей он и был даром Божиим, но все же, по-моему, соображать надо, каким имечком снабжаешь младенца. Скажите на милость, что делать с таким именем в наше время? Такое имя пристало мужу в рыцарских доспехах, с рапирой и стилетом или, на худой конец, с гусарскими крыльями <Принадлежность гусарской экипировки: высокая бляха в форме птичьего крыла или рамки с вправленными в нее перьями, чаще всего орлиными или ястребиными.>, но уж никак не мужчине с зонтиком. С горя я переделала Божидара в Дарика, и все были убеждены, что Дарик - уменьшительное от Дария. Эту самую правду про его имя я скрывала изо всех сил...