— Что случилось? За тобой погоня?!

— Нет, — ответила, трогаясь с места. — Только пора и о делах подумать — мне сейчас надо насобирать денег! Пока ничего интересного, а ты не дрейфь, вернусь, как только проверну бриллиантовую аферу…

В ювелирный я и в самом деле явилась первой. Продавщиц было две, моя вчерашняя стояла у прилавка, вторая что-то укладывала в витрине.

— Добрый день, пани, — поздоровалась я вежливо. — Вот деньги. Покупаю этот бриллиант.

Она бегло взглянула на меня, и, клянусь, взглянула опасливо. А может, мне показалось…

— О чем речь? — холодно спросила она, помолчав.

— Да о бриллианте, который вы отложили для меня. Мы еще вчера вечером рассматривали его…

— Бриллиантов нет, — отрезала она бесстрастно и показала на застекленную витрину, где лежали серебряные кулоны. — Вот наличный товар.

Я и разочароваться не успела, подумала только, не набекрень ли у нее зрительная память.

— Да нет же. Я напомню пани. Бриллиант советский, четыре и восемь десятых карата. Мы смотрели камень вчера в половине седьмого, была здесь и пани Крыскова…

— Пани Крыскова здесь не работает.

Я удивленно воззрилась на нее.

— В чем дело? Вчерашний пан купил, да?

— Никакой пан ничего не покупал… Мы не даем сведений о клиентах!

Она говорила сухо, нетерпеливо и не больно-то вежливо. Я обалдело оглянулась. В магазине уже собралось несколько покупателей, а к часовщику стоял хвост из трех человек, но мы разговаривали в самом конце прилавка, в стороне, и никто нас не подслушивал. Что это на нее наехало? Верно, продала камень еще вчера вечером и не с руки признаться. А почему, собственно? Не выжму же я из нее второй бриллиант!

Итак, ловкая афера накрылась. Это было столь естественно, нормально и в полной гармонии с моим жизненным опытом, что я даже не расстроилась. Пани Крыскову я уведомила насчет фиаско только вечером, по телефону.